Аптечный бандитизм - нажива на страдании

«Это же грабеж, два месяца назад было сто гривен, а сейчас почти сто двадцать. Господи! Черт знает что!» — восклицает бабушка в аптеке.
Цены в аптеках регулируются единым нормативным актом, который фиксирует правительство. Сейчас 30 процентов - это максимальная наценка на лекарства от цены производителя. Если цена производителя растет, то поднимается и итоговая цена в аптеке. Получается, что итоговая цена лекарства - это некий компромисс между закупочной ценой и дозволенной. А то, какой она будет в итоге, зависит, говоря проще, от жадности владельца аптеки.
В начале февраля разброс цен на лекарства в аптеках оказался весьма значителен. Так, например, упаковка но-шпы стоила от 12,60 до 17 гривен, колдрекса — от 16,50 до 33,81, а беротека — от 54 до 64 гривен, имодиума — от 21,10 до 31,60 гривен. Но абсолютными рекордсменами оказались гексорал, стоимость которого колебалась от 57 до 79 гривен, и арбидол — здесь цены плавали от 25,2 до 40,20 гривен. То есть разница в стоимости одного и того же лекарства в разных аптеках зашкаливала за 60 процентов…
  «Проблема в том, что с каждой новой поставкой отпускная цена растет, — объясняют фармацевты. — Каждый раз, получая новый товар, мы переписываем ценники» Анализ цен подтверждает их слова. В каждой из аптек есть лекарства, которые стоят дешевле, чем у конкурентов, — они остались с прошлого года. И в каждой есть препараты, которые стоят дороже, чем у других.
Специалисты прогнозируют, что в 2009 году рост цен на лекарства составит 18—20 процентов. По данным аналитиков, соотношение препаратов отечественного и импортного производства на рынке составляет 35 на 65 процентов соответственно. Как правило, отечественные аналоги дешевле и если в условиях кризиса доходы населения будут снижаться, то можно предположить, что баланс сдвинется в их сторону. «Состав воспроизведенных лекарственных средств может быть эквивалентен оригиналу, но терапевтический эффект в большинстве случаев оказывается на 10—30 процентов ниже, — отмечает терапевт III поликлинического отделения Людмила Мартынова. — При этом стоимость качественного дженерика составляет не менее 50 процентов стоимости оригинала — слишком дешевые препараты могут оказаться абсолютно неэффективными»
Познать первые особенности лекарственного обеспечения меня понудила личная причина: врач выписала мне глазные капли «Траватан» Пошел в центральную аптеку номер один. Цена микроскопической порции лекарства, изготовляемого где-то в Европе, была существенной — около 140 гривен. Такой суммы в кармане не оказалось, и я спросил у симпатичной провизорши:
— А подешевле где-то бывает?
Мне назвали адрес: улица Калиновая.
Уточнили, аптека частная.
Желанная фармацея ютилась в небольшом помещении далековато от центра. Но мои капельки обошлись мне на 20 гривен дешевле.
Разбросу цен на лекарства удивляюсь не только я. Людмила Степановна Разумовская недавно чуть не погибла в автоаварии. Женщина уже в годах, ей требуется длительное лечение. О лекарственных препаратах рассказывает так:
— Врачи делают свое дело, спасибо им. Но я в отчаянии от того, что происходит с лекарствами. Во-первых, необходимые мне препараты — а это фенотропил, танакан, кавинтон — в нашей аптеке чуть ли не самые дорогие в городе. Одна месячная упаковка под двести гривен. А курс лечения — два-три месяца. Кроме того, их цены прыгают, как кенгуру, на двадцать— двадцать пять процентов при поступлении каждой новой партии. Никаких денег не хватает, чтобы пройти полный курс лечения! Идет дикое ужесточение цен. И никто не может объяснить, что происходит и что должна делать власть. Она же бросает нас на произвол судьбы!
Я могу только согласиться. Ибо уже до разговора с ней, обойдя несколько городских аптек, знал: так и происходит.
Не выбирая специально, я побывала в аптеках с различными формами собственности: государственных и частных, что повысило, как сказал бы социолог, репрезентативность моего замера.
Начал с лекарств сердечных, увы, близких ныне многим. Стандарт таблеток энап-НЛ (комбинированный эналаприл) стоит соответственно
1,80-4,49 грн. Пожалуй, еще выразительнее скачут цены на более дорогие препараты. Скажем, на лозап+ в той же последовательности они выглядят так: 34,57-75,40 грн. А некая почтенная дама в аптеке, уловив мою заинтересованность ценами, сказала, что лозап+ она в сети «Фармация» приобретала даже за 105,20 грн., но, правда, с доставкой на дом. На это не менее почтенный земляк, перенесший инсульт, заметил, что ему свое спасение от беды (фенотропил) приходилось и без всяких доставок покупать за 140 и за 160 грн., то есть с разницей в двадцать грн..
На естественный вопрос, почему такой разнобой в ценах, фармацевты отвечают: все зависит от поставщика. Допустим, частник здесь прав, но вот откуда ценовые вилки у филиалов госпредприятия?
Аптекари ссылаются на энергетиков, коммунальные платежи и прочее. Но самые дорогие лекарства, как утверждали мои собеседники, обычно в тех аптеках, где выдают льготные лекарства, то есть в государственных. С чего бы это?
Словом, вопрос с разницей в ценах, как говорится, интересный. Пора бы им заняться нашим депутатам, Правительству. Рынок рынком, но не базарный же беспредел! Если уж мы равняемся на страны с рыночной экономикой, то давайте действовать, как они. В ряде стран торговая надбавка ограничена 10—12 процентами и развита система льгот для небогатых. А в Японии так вообще эта самая надбавка в торговле (торговая скидка, по советской терминологии) не превышает 3—5 процентов, и коммерсант крутится в данных пределах, зарабатывая не наценками, а, наоборот, снижением цен и ускорением оборачиваемости капитала.
Лекарства и жулики

Смертельный бизнес
Недавно у знакомых умерла дочь. Ей было всего 24 года, она была единственным ребенком в семье, была здорова и собиралась выйти замуж. Трагедия случилась из-за того, что в женской консультации врач выписал ей новое, недавно появившееся на нашем фармацевтическом рынке средство, которое, как оказалось, способствовало возникновению в организме девушки опаснейшего заболевания — тромбофлебита. Причем раньше у девушки этого заболевания не было, оно развилось исключительно в результате приема нового лекарственного препарата. Это было установлено уже после соответствующих посмертных экспертиз. Однако смерть человека не привела к изъятию препарата из продажи, лекарство так и не попало в черный список...
В России несколько лет назад был обнаружен некий препарат для диабетиков, который при проверке оказался раствором обычной глюкозы. Небольшая инъекция такого «антидиабетического» лекарства могла просто убить больного диабетом. К счастью, подделка вовремя была обезврежена. Таких и похожих случаев теперь у нас немало.
Впервые в Украине крупная партия фальшивых медикаментов была обнаружена в 1997 году. Через два года было выявлено уже 29 партий, а в 2000 году их число выросло до 105. Таким образом, в розничной сети появились миллионы некачественных таблеток, опасных для здоровья людей. Министерство здравоохранения тогда уже просто не могло контролировать ситуацию.
В 2005 году на фармацевтическом рынке было обнаружено 64 названия лекарственных препаратов, имеющих 226 фальсифицированных серий. Как известно, каждая серия лекарственного препарата, выпускаемая в виде таблеток, производится в количестве не менее 500 тысяч упаковок. Иными словами, 226 фальсифицированных серий — это не менее 113 млн. фальшивых упаковок! К этому надо добавить еще огромное количество бракованных и испорченных лекарств, которые хоть и должны уничтожаться, но при помощи различных ухищрений все равно продаются в аптечных сетях.
Начиная с середины 2000-х, после предпринятых государством заградительных мер, количество подделок в стране несколько уменьшилось, но незначительно. Понятно, что удается обнаружить далеко не все некачественные медикаменты. Сколько реально их попадает в розничную торговлю — остается загадкой. Однако ясно одно — раз этот бизнес процветает, несмотря на все обнаружения и изъятия, то изымаемая доля настолько мала, что не мешает дельцам получать сверхприбыль...
А прибыль от реализации некачественных и поддельных фармацевтических препаратов огромна и колеблется, по оценкам разных специалистов, от 200 до 600 млн долл. в год. Сама высшая украинская власть признала, что мы имеем дело с лекарственной мафией.
Впрочем, то, что фармацевтическая мафия существует, признают уже и медики во всем мире. Недавно в свет вышла книга известного французского ученого, доктора медицинских наук Луи Броуэра «Фармацевтическая и продовольственная мафия» В этой книге автор на основе фактов доказывает, что современной медициной руководит небольшая, но всемогущая группа олигархов, стоящая во главе крупных химико-фармацевтических компаний, которой удается, благодаря огромным финансовым средствам, подбирать не только глав лечебных учреждений, но и нужных политиков-лоббистов.
Жажда наживы
Около 31 процента контрафактных лекарственных средств, которые распространяются в Украине, поступают из Индии, Пакистана и Китая, 2 процента поступают к нам из стран СНГ, Болгарии и Прибалтики, но остальные 67 процентов фальсификатов производятся у нас в стране.
Подделки производятся как кустарным способом в подпольных лабораториях, так и вполне промышленными масштабами на крупных фармацевтических предприятиях. Для отечественных производителей часто качество препаратов отходит на второй план, а на первом месте — стремление заработать на подделке популярных импортных лекарств. Это происходит потому, что в 90-е годы собственная фармацевтическая промышленность была почти полностью уничтожена, хотя она могла выпускать свои субстанции для лекарственных средств. Но среди бизнесменов-фармацевтов переход на расфасовку считался тогда экономически выгодным, так как требовал минимальных затрат при максимальных прибылях. В результате наши заводы теперь в основном не производят, а расфасовывают произведенные за границей активные лекарственные средства. Те же предприятия, которые еще что-то делают, не отвечают требованиям международных стандартов и выпускают устаревшую советскую лекарственную номенклатуру. Таким образом, украинская фармацевтическая индустрия сегодня мало чем отличается от обычной чаеразвесочной фабрики.
Но, как известно, рынок не терпит пустоты. Пустота на рынке заполняется со скоростью, прямо пропорциональной прибыльности пустующей ниши. Между тем фармацевтика — одна из доходнейших отраслей бизнеса. Здесь рентабельность доходит до 300 процентов. Поэтому в Китае принята госпрограмма форсированного развития отрасли.
В аптечных сетях
За последние 10—15 лет количество аптечных киосков в нашей стране выросло в несколько десятков раз. Рядом с моим домом на небольшом пятачке я насчитал 7 аптек! Причем это не полноценные аптеки, которые могут производить рецептурные лекарства и где имеются все положенные условия для хранения медпрепаратов. Естественно, что все это отражается на качестве продаваемых лекарственных средств, многие из которых нуждаются в особых условиях хранения.
К тому же некоторые аптеки в погоне за прибылью продают без рецептов препараты, вызывающие сильную наркотическую зависимость. Так, например, происходит с печально знаменитым антидепрессантом коаксил, который в обычных аптечных киосках усиленно стали скупать наркоманы. Это обстоятельство позволяет экспертам утверждать, что подобные аптечные сети контролируются не столько фармацевтами, сколько наркомафией.
Но это только часть проблемы. Аптеки закупают лекарства у оптовиков. Специалисты считают, что причиной увеличения контрафактной продукции в сфере лекарственных препаратов является бесконтрольная выдача лицензий на оптовую торговлю лекарствами. У нас в стране этим занимается около 2 тысяч (!) фирм, тогда как в США их только десять, а в Германии всего лишь две! Понятно, что чем больше дистрибьюторов — продавцов и посредников, — тем труднее их проконтролировать.
Врачи-агенты
К сожалению, свою лепту в распространение некачественных и поддельных фармацевтических препаратов вносят и практикующие врачи. Это происходит по нескольким причинам.
Общемировая тенденция развития коммерческой фармацевтики привела к тому, что во всем мире производится излишнее количество медицинских препаратов — десятки тысяч. Между тем Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) считает, что для лечения всех болезней хватило бы всего 200 препаратов.
В Украине зарегистрировано более 16 тысяч лекарственных средств. Зачастую одни и те же лекарства продаются под разными торговыми марками: аспиринов существует почти 50 наименований, а обезболивающий препарат «Ибупрофен» продается под 21 названием — от «Нурофена» до «Болинета» Тем не менее в аптечной сети цены на эти совершенно одинаковые лекарства отличаются в разы.
Из такого огромного списка лекарств лечащий врач просто не в состоянии выбрать и назначить нужный препарат. В результате он вынужден постоянно обращаться за консультациями к фармацевтам. Таким образом, медики, часто сами того не зная, действуют в сговоре с разработчиками и поставщиками медикаментов, попадая под влияние фармацевтической мафии.
Другая часть практикующих врачей вполне осознанно превратилась в агентов фармакологических фирм по продаже их лекарственных препаратов, получая определенное вознаграждение за выписывание рецептов с лекарственными препаратами именно этих фирм. С каждого «правильного» рецепта нищий доктор имеет «откат» — около 10 процентов. Думаю, каждый хотя бы раз наблюдал, как врач выписывает больному не то лекарство, которое предусмотрено стандартами лечения в данном случае, а более дорогое. Мотивируется это тем, что, мол, оно дороже, значит, качественнее. Что, кстати, далеко не всегда так.
Фирмы-производители специально отбирают «лояльных» ученых и врачей, зачастую оплачивают контрольные исследования, проводимые различными институтами. Понятно, что результаты таких «исследований» будут такими, какими их захотят видеть заказчики. Ибо кто платит, тот и заказывает музыку...
Лживая реклама
Коммерческие фармацевтические лаборатории получают огромные прибыли благодаря активным рекламным кампаниям. Именно с помощью рекламы в массовое употребление вбрасываются малоэффективные и вредные препараты, применяемые поточно, без индивидуального подбора.
Ежедневная, порой лживая реклама оказывает совершенно жуткое воздействие на граждан, особенно на людей старшего поколения, привыкших доверять средствам массовой информации. По сути, речь идет об элементарном обмане потребителей.
Этим грешат практически все отечественные популярные радио- и телеканалы, использующие так называемую «квазисвидетельскую рекламу» В такой рекламе актер изображает какого-либо медицинского специалиста, который советует то или иное лекарственное средство. Это самый циничный вид рекламы, так как является обыкновенной ложью, что даже отражено в названии, ведь приставка «квази» означает «лже» То есть мы имеем дело с банальным лжесвидетельством, которое всегда и везде уголовно наказуемо. Однако на квазисвидетельскую рекламу уголовная ответственность почему-то не распространяется…
Поэтому многие эксперты в Украине и за рубежом считают, что необходимо в срочном порядке запретить любую массовую рекламу медицинских препаратов.
Нужны законы
Парадокс ситуации в том, что бороться с некачественными лекарственными препаратами можно только с помощью качественного законодательства. Но и с этим у нас в стране тоже проблемы. До сих пор нет прямой нормы закона, которая бы позволяла привлекать кого-либо к уголовной ответственности за производство и продажу некачественных лекарств. На сегодняшний день таким мошенникам можно инкриминировать только подделку торговой марки.
В последнее время наше государство пытается активно бороться с фальсификатами и фальсификаторами, но меры предпринимаются явно недостаточные и половинчатые.
Что ж, будем надеяться, что разум все-таки возобладает и Верховный Совет сделает правильный выбор.
Подготовила Елена Славинская